Свидетельство и конкурсы
Свидетельство о публикации бесплатно

Бесплатные конкурсы для педагогов и детей

Рассказы Зощенко для 3-4 класса

Рассказы Михаила Михайловичи Зощенко для младших школьников

Умный гусь

Один гусь гулял во дворе и нашёл сухую корку хлеба.

Вот гусь стал клювом долбить эту корку, чтоб её разломать и съесть. Но корка была очень сухая. И гусь никак не мог её разломать. А сразу проглотить всю корку гусь не решался, потому что это, наверно, неполезно было для гусиного здоровья.

Тогда я хотел разломать эту корку, чтоб гусю легче было кушать. Но гусь не позволил мне дотронуться до своей корки. Наверно, он подумал, что я сам хочу её съесть.

Тогда я отошёл в сторонку и смотрю, что будет дальше.

Вдруг гусь берёт клювом эту корку и идёт к луже.

Он кладёт эту корку в лужу. Корка делается в воде мягкая. И тогда гусь с удовольствием её кушает.

Это был умный гусь. Но то, что он не дал мне разломать корку, показывает, что он был не такой уж особенно умный. Не то чтобы дурак, но немножко он всё-таки отставал в своём умственном развитии.

Умная кура

Одна кура гуляла во дворе с цыплятами. У неё девять маленьких цыплят.

Вдруг откуда-то прибежала лохматая собака.

Эта собака подкралась к цыплятам и схватила одного.

Тут все другие цыплята испугались и бросились врассыпную.

Кура тоже сначала очень сильно испугалась и побежала. Но потом смотрит — какой скандал: собака держит в зубах её маленького цыплёнка. И наверно, мечтает его съесть.

Тогда кура смело подбежала к собаке. Она немножко подскочила и больно клюнула собаку в самый глаз. Собака от удивления даже рот раскрыла. И цыплёнка выпустила. И тот сразу поскорей убежал. А собака посмотрела, кто её клюнул в глаз. И, увидя куру, рассердилась и бросилась на неё. Но тут подбежал хозяин, схватил собаку за ошейник и увёл её с собой.

А кура как ни в чём не бывало собрала всех своих цыплят, пересчитала их и снова стала прогуливаться по двору.

Это была очень умная кура.

Глупый вор и умный поросёнок

На даче у нашего хозяина был поросёнок. И хозяин на ночь закрывал этого поросёнка в сарай, чтоб его никто не украл.

Но один вор захотел всё-таки украсть эту свинку.

Он ночью сломал замок и пробрался в сарай.

А поросята всегда очень сильно визжат, когда их берут в руки. Поэтому вор захватил с собой одеяло.

И как только поросёнок хотел завизжать, вор быстро завернул его в одеяло и тихонько вышел с ним из сарая.

Вот поросёнок визжит и барахтается в одеяле. Но его крики хозяева не слышат, потому что это было толстое одеяло. И вор очень крепко завернул поросёнка.

Вдруг вор чувствует, что поросёнок не двигается больше в одеяле. И он кричать перестал. И лежит без всякого движения.

Вор думает:

«Может быть, я очень сильно закрутил его одеялом. И может быть, бедненький поросёнок там задохся».

Вор развернул поскорей одеяло, чтоб посмотреть, что с поросёнком, а поросёнок как выпрыгнет у него из рук, как завизжит, как бросится в сторону.

Тут хозяева прибежали. Схватили вора.

Вор говорит:

— Ах, какая свинья этот хитрый поросёнок. Наверное, он нарочно притворился мёртвым, чтоб я его выпустил. Или, может быть, он от страха упал в обморок.

Хозяин говорит вору:

— Нет, мой поросёнок в обморок не падал, а это он нарочно притворился мёртвым, чтобы вы развязали одеяло. Это очень умный поросёнок, благодаря которому мы поймали вора.

Очень умная лошадь

Кроме гуся, куры и поросёнка, я видел ещё очень много умных животных. И об этом я потом вам расскажу.

А пока надо сказать несколько слов об умных лошадях.

Собаки едят варёное мясо. Кошки пьют молоко и едят птичек. Коровы кушают траву. Быки тоже жрут траву и бодают людей. Тигры, эти нахальные животные, питаются сырым мясом. Обезьяны кушают орешки и яблоки. Куры клюют крошки и разный мусор.

А скажите, пожалуйста, что кушает лошадь?

Лошадь кушает такую полезную еду, которую дети кушают.

Лошади кушают овёс. А овёс — это и есть овсянка и геркулес. А овсянку и геркулес дети кушают и благодаря этому бывают сильные, здоровые и смелые.

Нет, лошади не дураки, что они кушают овёс.

Лошади очень умные животные, потому что они едят такое полезное детское блюдо. Вдобавок лошади любят сахар, это тоже показывает, что они не дураки.

Умная птичка

Один мальчик гулял в лесу и нашёл гнёздышко. А в гнёздышке сидели малюсенькие голенькие птенчики. И они пищали. Они, наверно, ждали, когда их мамаша прилетит и покормит их червячками и мушками.

Вот мальчик обрадовался, что нашёл таких славных птенчиков, и хотел взять одного, чтоб принести его домой.

Только он протянул к птенчикам свою руку, как вдруг с дерева как камень упала к его ногам какая-то пернатая птичка.

Она упала и лежит в траве.

Мальчик хотел схватить эту птичку, но она немножко попрыгала, попрыгала по земле и отбежала в сторону.

Тогда мальчик побежал за ней. «Наверно, — думает, — эта птичка ушибла себе крыло, и поэтому она летать не может».

Только мальчик подошёл к этой птичке, а она снова прыг, прыг по земле и снова немножко отбежала.

Мальчик опять за ней. Птичка немножко подлетела и снова села в траву.

Тогда мальчик снял свою шапку и хотел этой шапкой накрыть птичку.

Только он подбежал к ней, а она вдруг вспорхнула и улетела.

Мальчик прямо рассердился на эту птичку. И пошёл скорей назад, чтобы взять себе хоть одного птенчика.

И вдруг мальчик видит, что он потерял то место, где было гнёздышко, и никак не может его найти.

Тогда мальчик понял, что эта птичка нарочно упала с дерева и нарочно бегала по земле, чтоб подальше увести мальчика от своего гнёздышка.

Так мальчик и не нашёл птенчиков.

Он собрал немножко лесной земляники, покушал её и пошёл домой.

Умная собака

У меня была большая собака. Её звали Джим.

Это была очень дорогая собака. Она стоила триста рублей.

А летом, когда я жил на даче, какие-то воры украли у меня эту собаку. Они приманили её мясом и увели её с собой.

Вот я искал, искал эту собаку и нигде её не нашёл.

И вот я однажды приехал в город на свою городскую квартиру. И сижу там, горюю, что у меня пропала такая дивная собака.

Вдруг слышу, кто-то на лестнице позвонил.

Я открываю дверь. И можете себе представить — передо мной на площадке сидит моя собака.

И какой-то верхний жилец мне говорит:

— Ах, какая у вас умная собака — она

сама сейчас позвонила. Она мордой ткнулась в электрический звонок и позвонила, чтоб вы ей открыли дверь.

Это очень жаль, что собаки не умеют говорить. А то бы она рассказала, кто её украл и как она попала в город. Наверно, воры привезли её на поезде в Ленинград и там хотели её продать. А она от них убежала и, наверно, долго бегала по улицам, пока не нашла свой знакомый дом, где она жила зимой.

Тут она поднялась по лестнице в четвёртый этаж. Полежала у наших дверей. Потом видит, что ей никто не открывает, взяла и позвонила.

Ах, я очень обрадовался, что нашлась моя собака, поцеловал её и купил ей большой кусок мяса.

Сравнительно умная кошка

Одна хозяйка уехала по делам и забыла, что у неё на кухне осталась кошка.

А у кошки были три котёнка, которых надо было всё время кормить.

Вот наша кошка проголодалась и стала искать, что бы ей такое покушать.

А на кухне никакой еды не было.

Тогда кошка вышла в коридор. Но и в коридоре она тоже ничего хорошего не нашла.

Тогда кошка подошла к одной комнате и чувствует через дверь, что там чем-то приятным пахнет. И вот кошка лапкой стала открывать эту дверь.

А в этой комнате жила одна тётка, которая ужасно боялась воров.

И вот сидит эта тётка у окна, кушает пирожки и дрожит от страха. И вдруг видит, что дверь в её комнату тихонько открывается.

Тётка, испугавшись, говорит:

— Ой, кто там?

Но никто не отвечает.

Тётка подумала, что это воры, открыла окно и выпрыгнула во двор. И хорошо, что она, дура, жила в первом этаже, а то бы небось она сломала себе ногу или что-нибудь. А тут она только немножко ушиблась и расквасила себе нос.

Вот тётка побежала звать дворника, а наша кошка тем временем открыла лапкой дверь, нашла на окне четыре пирожка, слопала их и снова пошла на кухню к своим котятам.

Вот приходит дворник с тёткой. И видит — никого в квартире нет.

Дворник рассердился на тётку, — зачем она его зря позвала, выругал её и ушёл.

А тётка села у окна и снова хотела заняться пирожками. И вдруг видит: никаких пирожков нет.

Тётка подумала, что это она сама их съела и от страха позабыла. И тогда она голодная легла спать.

А утром приехала хозяйка и стала аккуратно кормить кошку.

Очень умные обезьянки

Очень интересный случай был в зоологическом саду.

Один человек стал дразнить обезьянок, которые сидели в клетке.

Он нарочно вытащил из кармана конфетку и протянул её одной обезьянке. Та хотела взять, а человек ей не дал и снова спрятал конфетку.

Потом он опять протянул конфетку и опять не дал. Да ещё вдобавок довольно сильно ударил обезьянку по лапке.

Вот обезьянка рассердилась — зачем её ударили. Она высунула лапку из клетки и в один момент схватила шапку с головы этого человека.

И начала эту шапку мять, топтать и зубами рвать.

Вот человек стал кричать и звать сторожа. А в этот момент другая обезьянка схватила человека сзади за пиджак и не выпускает.

Тут человек поднял ужасный крик. Во-первых, он испугался, во-вторых, ему жалко шапку, а в-третьих, он боялся, что обезьяна разорвёт его пиджак. А в-четвёртых, ему надо было идти обедать, а тут его не пускают.

Вот он стал кричать, а третья обезьянка протянула свою мохнатую лапку из клетки и стала хватать его за волосы и за нос.

Тут человек до того испугался, что прямо завизжал от страха.

Прибежал сторож.

Сторож говорит:

— Скорей снимите с себя пиджак и отбегите в сторону, а то обезьянки поцарапают вам лицо или нос оторвут.

Вот человек расстегнул пиджак и моментально выскочил из него.

А обезьянка, которая держала его сзади, втянула пиджак в клетку и стала его рвать зубами. Сторож хочет от неё отобрать этот пиджак, а она не отдаёт. Но потом она нашла конфеты в кармане и стала их кушать.

Тут другие обезьянки, увидав конфеты, бросились к ним и тоже стали кушать.

Наконец сторож палкой вытащил из клетки ужасно рваную шапку и порванный пиджак и подал их человеку.

Сторож сказал ему:

— Вы сами виноваты, зачем дразнили обезьян. Ещё скажите спасибо, что они вам нос не оторвали. А то так без носа и пошли бы обедать!

Вот человек надел на себя рваный пиджак и рваную и грязную шапку и в таком смешном виде под общий хохот людей пошёл домой обедать.

Вот какие бывают мышки

Погналась кошка за маленькой мышкой. А маленькая мышка, не будь дура, решила спрятаться в бутылку.

Кошка хотела тоже как-нибудь в бутылку войти, чтобы догнать мышку. Но не могла туда пролезть. Потому что мышка маленькая. А кошка — вон какая!

Кошка говорит мышке:

— А ну-ка, мышка, вылезай из бутылки — я тебя сейчас съем.

Мышка говорит:

— Нет, не вылезу, мне и тут хорошо.

Кошка говорит:

— А вот я тебя сейчас лапкой достану.

Просунула кошка свою лапку в бутылку,

но достать мышку не могла.

Тогда кошка думает:

«Пойду принесу какой-нибудь крючок и достану мышку».

Мышка говорит кошке:

— Уходи, уходи скорей, а то я тебя сейчас сама съем.

Вот кошка ушла. Вдруг приходят другие,

большие мышки, её родные старшие сестрички. Мышки-сестрички говорят:

— Ну как, не съела тебя кошка?

Мышка говорит:

— Нет, я сама её чуть не съела.

Вот одна старшая мышка села на бутылку и просунула туда свой длинный хвостик. А маленькая мышка, не будь дура, и ухватилась за этот хвостик. И мышки стали её тащить.

Вот мышки-сестрички вытащили маленькую мышку из бутылки и побежали в свою норку. Мышка говорит:

— Мышки-сестрички, бежимте скорей, а то кошка опять идёт.

Вдруг приходит кошка. И приносит с собой палку. На палке — верёвка. На верёвке — крючок. Хотела кошка достать мышку этим крючочком. Подошла к бутылке. А мышки уж нет. Кошка удивилась и думает:

«Вот какие бывают хитрые мышки!»

Попалась, которая кусалась

Одна полевая мышка пошла прогуляться со своими ребятками. У неё трое детишек. Самую маленькую она держит за лапку.

Другая мышка, побольше, цветы собирает. А третья, средняя, мышка обруч катит.

Вот гуляют эти мышки, дышат хорошим воздухом, поправляются. И вдруг видят: на дереве висит огромная змея. И такая

страшная змея, что ужас. Глаза у неё горят и пасть раскрыта. Ах, сейчас она, наверно, кого-нибудь проглотит.

Маленьких мышек змея не захотела проглотить. Потому что это мелочь, а змея большая, и ей надо что-нибудь побольше скушать. И вот она на маму нацелилась. Она маму захотела слопать. Ах, милая мама, торопись! Беги поскорей от змеи!

Но мама не очень испугалась. Детишки её действительно струсили и удрали. А мама очень уж не любила змею и хотела ей подстроить какую-нибудь гадость. И стала бегать вокруг дерева. Змея за мамой, а мама убегает. И тут змея сослепу просунула голову не туда, куда надо.

Вот змея просунула свою голову не в то отверстие и завязалась узлом. А тут мама нарочно ближе подбежала. Змея дёрнулась, чтобы маму поймать, и, конечно, узел завязался ещё крепче. И до того змея завязалась и запуталась, что прямо ничего поделать не может.

Тут мама увидела, что змея теперь не опасна, и крикнула детишек. Прибежали дети. И вот они все вчетвером без особого страха прошли мимо змеи, около самого её носа. И маленькая мышка имела смелость крикнуть змее:

— Попалась, которая кусалась!

Учёная обезьянка

У одного клоуна была очень умная обезьянка. Она была очень развитая и хорошо соображала. И клоун научил её считать. И мало того, что она считала, — она ещё своим хвостиком умела изображать нужную цифру. Клоун говорит обезьяне:

— А ну-ка, маленький Жако, скажи мне, сколько тут видишь слонов.

И наша маленькая обезьянка, поглядев на одного слона, сгибает свой хвост так, что он делается похожим на единицу.

Потом клоун говорит:

— Теперь ты видишь перед собой четырёх маленьких цыплят, петуха и страуса.

Подсчитай в своём уме, сколько тут их всего.

И каждый ребёнок, взглянув на хвостик, может сразу понять, сколько тут птиц.

Потом клоун говорит:

— Ну-ка, Жако, сосчитай, сколько тут видишь птиц и зверей.

И наша умненькая обезьянка показывает своим хвостиком то, что надо.

— А сколько тут мышей? — спрашивает клоун.

А мышей тут было так много, что наша

обезьянка даже призадумалась. Потом сосчитала и видит, что её хвостик что-то не сгибается для такой большой цифры. И тогда она зовёт другую обезьянку.

Ах, кажется, они не соврали!

Наконец клоун говорит:

— Сосчитай, сколько в этой корзине яблок. Если правильно сосчитаешь, получишь в подарок все яблоки.

А в корзине было двадцать яблок. И наша обезьянка хотела позвать другую обезьянку, для того чтобы им вдвоём изобразить цифру двадцать. Но потом она, чтоб не делиться яблоками с другой обезьянкой, сама ухитрилась изобразить то, что нужно. И за это получила все яблоки. И если она теперь не объелась, то это прямо удивительно.

Умная белка

Одна белка захотела летать по воздуху.

«Целый день, — думает, — прыгаю с ветки на ветку, как ненормальная, а летать не могу. Что за безобразие!»

Сидит белка на дереве и горюет.

Летит птичка и спрашивает белку:

— Что ты сегодня какая странная — сидишь и не прыгаешь?

Белка говорит:

— Какой интерес мне прыгать? Птицы летают, люди летают, жуки летают, разные мошки, мушки и комарики тоже летают. Летучие муравьи, рыбы, мыши и те летают. И только я летать не могу. А мне охота немножко полетать. А то живу, как в лесу, и ничего интересного не вижу.

Птичка говорит:

— Я бы тебя взяла с собой полетать, но ты тяжёлая. Тебя только двенадцать птичек могут на воздух поднять.

Белка говорит:

— Тогда позови мне двенадцать птичек, пусть они меня по воздуху покатают, а то я от скуки с ума сойду.

Птичка почирикала — «чирик-чирик», и тотчас прилетели ещё одиннадцать птичек.

Белка нашла двенадцать верёвочек и каждую птичку привязала за ножку. Потом взяла в одну лапку шесть верёвочек с птичками и в другую лапку тоже шесть верёвочек с птичками.

Птички взмахнули крылышками и полетели.

Вот летят птички, а под ними белка летит — держится за верёвки и дрожит от страха. Кричит птичкам:

— Птички-сестрички, хватит! Спускайте меня вниз. У меня головокружение.

Птички говорят:

— Ну нет. Раз ты летать захотела, так мы тебя под самые облака поднимем и там целый день крутить будем, пока ты не захвораешь. Тем более что ты из наших гнёздышек яички воруешь. Вот будешь знать, как воровать.

Птички взмахнули крылышками и поднялись ещё выше.

А белка под ними висит и от страха «мама» сказать не может.

И от страха наша белка выпустила из одной лапки шесть верёвочек с птичками. И эти птички улетели в сторону.

А остальные шесть птичек, которых белка держала за верёвки, почувствовали, что им тяжело, и стали понемножку спускаться вниз.

И тогда наша догадливая белка выпустила из лапки ещё две верёвки. И тогда ещё две птички улетели.

И на четырёх птичках наша белка довольно плавно спустилась на землю.

И там она тотчас взобралась на дерево.

И стала на дереве прыгать и веселиться.

Ещё одна умная белка

А другая белка, по имени Белочка-тарелочка, прыгая с ветки на ветку, увидела под деревом гриб.

«Не понимаю, — подумала Белочка, — почему наши лесные зверьки не хотят использовать этот гриб так, как надо».

— Во-первых, — сказала Белочка, — гриб может служить хорошим столом. Лучше я буду за этим столом кушать, чем на ветке. С ветки я и упасть могу, и кушанье могу уронить. А тут вон как удобно.

— Во-вторых, — сказала белка, — очень неудобно, когда дождь идёт, — я мокну и простужаюсь. Я постоянно кашляю и чихаю. А если я возьму большой гриб на тонкой ножке, то он вполне заменит зонтик. Вон как приятно во время дождя.

— В-третьих, — сказала Белочка, — гриб поможет мне ещё в одном деле. Когда солнце очень сильно греет — я это не люблю, потому что я в шубе. Я хочу сидеть в прохладе. И пусть мне гриб будет вместо тенистой беседки.

— Наконец, — сказала белка, — я могу прыгать с дерева с этим грибом. Он будет мой парашют.

И белка, взобравшись на высокое дерево, прыгнула вниз, держа в своей лапке гриб. И была очень рада и довольна, что так здорово придумала.

Интересно придумала

Одна собака, по имени Лёшка, увидела на комоде колбасу.

А дома никого не было.

Наша собачища расхрабрилась и решила эту колбасу стянуть.

И до того она захотела полакомиться этой колбаской, что даже глазки у неё загорелись и слюнки потекли.

Вот видит собака колбасу, а достать её не может, потому что комод высокий, а она сама маленькая, чуть побольше кошки.

Маленькая-то она маленькая, но довольно хитрая. Она немножко подумала, как профессор, и вот что придумала.

Сначала зубами выдвинула нижний ящик комода.

Затем взобралась на этот ящик и немного выдвинула второй ящик.

Взобравшись на второй ящик, она совсем немного выдвинула и третий ящик.

И тогда получилось что-то вроде лестницы.

И наша собачонка спокойно и без тревог поднялась по этой лестнице, достала колбасу и слопала её без остатка.

Потом пришли хозяева. Они рассердились, что исчезла колбаса, и хотели побить собаку. Но когда узнали, каким образом собака достала колбасу, они не стали её бить. Только засмеялись и сказали:

— Ох, до чего умная у нас собака! Даже нам не жалко, что она колбасу съела.

Пора вставать!

Один мальчик, по имени Павлик, поступил в этом году в школу. И он очень боялся опоздать на уроки.

А в доме у них будильника не было.

Только были стенные часы-ходики.

Тогда мальчик решил сделать себе будильник.

Он заметил, что, когда он встаёт утром, гиря от часов доходит почти до табуретки.

Тогда он поставил на табуретку чайник с водой. Утром гиря опустилась в воду и, по закону физики, вытеснила воду из чайника.

Но из чайника вода потекла не на пол, а она потекла по резиновой трубочке, которую мальчик приделал к чайнику.

И вот течёт вода из чайника по трубочке и капает на мальчика. И мальчик уже знает, что восемь часов — пора вставать.

Но потом родители мальчика не разрешили ему пользоваться этим будильником, потому что вода текла прямо на кровать и это было неудобно.

И папаша принёс откуда-то настоящий будильник. И с тех пор мальчик сам заводил этот будильник и каждое утро вставал в указанное время.

В гостях у клоуна

Один клоун жил за городом. У него была там дача с большим забором.

И все люди проходили мимо и ничего особенного не видели.

Однажды клоун позвал меня к себе в гости.

Он сказал:

— Зайдите ко мне в гости, и вы увидите много интересного. У меня имеются дрессированные животные. Все они исполняют по дому какую-нибудь работу и без дела не сидят.

И вот я пошёл в гости к этому клоуну.

Открываю калитку, вхожу в сад и вижу поразительную картину.

Слон цветы поливает. Медведь с подносом идёт и несёт хозяину лимонад. Пила-рыба пилит дрова. Обезьянка на крыше трубу чистит. Дятел носом приколачивает доску, которая отвалилась. А у крыльца на лестнице лежат два огромных льва и хвостами машут.

Хозяин говорит:

— Идите смело. Не бойтесь. Все звери у меня дрессированные — они вас не тронут.

И я сел с хозяином за столик, и медведь принёс на подносе какао.

Хозяин спросил:

— Ну как, нравится у меня?

Я говорю:

— Очень нравится. Особенно красиво, что у вас в пруде фонтан устроен.

Клоун говорит:

— Нет, это у меня там кит плавает и шалит с водой.

Я выпил какао и стал прощаться с хозяином.

Хозяин говорит:

— Как-нибудь в другой раз ещё зайдите, я покажу вам, что у меня внутри дома делается. Там у меня зайцы посуду моют. Белки сапоги чистят. Крабы орехи колют. Кошки двери открывают. Собаки в креслах сидят. Лисицы в кроватях спят. Так что мне и деваться некуда — сижу целый день в саду и лимонад пью.

Я попрощался с клоуном и пошёл к выходу.

Было уже темно. Жираф с фонарём освещал мне дорогу. Гусь клюнул меня в ногу, когда я нечаянно на грядку наступил. Медведь открыл калитку.

И я вышел на улицу и пошёл домой.

Я больше не буду

На столе тарелка. На тарелке винные ягоды.

Забавно жевать эти ягоды. В них множество косточек. Они славно хрустят на зубах. За обедом нам дали только лишь по две такие ягоды. Это чересчур мало для детей.

Я влезаю на стул. Решительным жестом пододвигаю к себе тарелку. И откусываю одну ягоду.

Так и есть — множество косточек. Интересно, во всех ли ягодах то же самое?

Перебирая ягоды, я откусываю от них по кусочку. Да, всё то же самое.

Конечно, это нехорошо, и я не должен этого делать. Но ведь я съедаю не всю ягоду. Я откусываю только небольшой кусочек. Почти вся ягода остаётся в распоряжении взрослых...

Откусив от всех ягод по кусочку, я спускаюсь со стула и хожу вокруг стола.

Приходят отец и мать.

— Я не ел винные ягоды, — говорю я им тотчас. — Я только откусил по кусочку.

Взглянув на тарелку, мать всплёскивает руками. Отец смеётся. Но он хмурится, когда я гляжу на него.

— Пойдём, я тебя немножко попорю, — говорит мать, — чтоб ты лучше помнил о том, что не следует делать.

Она тащит меня к кровати. И берёт тонкий поясок. Плача и рыдая, я кричу:

— Я больше не буду!

Золотые рыбки

На подоконнике банка с золотыми рыбками.

В банке плавают две рыбёшки.

Я бросаю им крошки сухаря. Пусть покушают. Но рыбки равнодушно проплывают мимо.

Должно быть, им здорово плохо, что они не кушают. Ещё бы, целые дни в воде. Вот если бы они просто лежали на подоконнике, тогда, может быть, у них появился бы аппетит.

Засунув руку в банку, я вытаскиваю рыбёшек и кладу их на подоконник. Нет, тут им тоже неважно. Они бьются. И тоже отказываются от еды.

Я снова бросаю рыбёшек в воду.

Однако в воде им ещё хуже. Посмотрите, они даже плавают теперь брюшком вверх. Должно быть, просятся из банки.

Я снова вытаскиваю рыбёшек и кладу их в папиросную коробку.

Через полчаса я открываю коробку. Рыбки околели.

Мамаша сердито говорит:

— Зачем ты это сделал?

Я говорю:

— Я хотел, чтоб им было лучше.

Мать говорит:

— Не притворяйся идиотиком. Рыбки созданы, чтобы жить в воде.

Я горько плачу от обиды. Я сам знаю, что рыбки созданы жить в воде. Но я хотел избавить их от этого несчастья.

В зоологическом саду

Мать держит меня за руку. Мы идём по дорожке.

Мать говорит:

— Зверей потом посмотрим. Сначала будет состязание для детей.

Мы идём на площадку. Там множество детей.

Каждому ребёнку дают мешок. Надо влезть в этот мешок и завязать его на груди.

Вот мешки завязаны. И дети в мешках поставлены на белую черту.

Кто-то машет флагом и кричит: «Бегите!»

Путаясь в мешках, мы бежим. Многие дети падают и ревут. Некоторые из них поднимаются и с плачем бегут дальше.

Я тоже чуть не падаю. Но потом, ухитрившись, быстро передвигаюсь в этом своём мешке.

Я первый подхожу к столу. Играет музыка. И все хлопают. И мне дают коробку мармеладу, флажок и книжку с картинками.

Я подхожу к матери, прижимая подарки к своей груди.

На скамейке мама приводит меня в порядок. Она причёсывает мне волосы и платком вытирает моё запачканное лицо.

После этого мы идём смотреть обезьян.

Интересно, кушают ли обезьяны мармелад? Надо их угостить.

Я хочу угостить обезьян мармеладом, но вдруг вижу, что в моих руках нет коробки...

Мама говорит:

— Наверное, мы коробку оставили на скамейке.

Я бегу к скамейке. Но там уже нет моей коробки с мармеладом.

Я плачу так, что обезьяны обращают на меня внимание.

Мама говорит:

— Наверно, украли нашу коробку. Ничего. Я тебе куплю другую.

— Я эту хочу! — кричу я так громко, что тигр вздрагивает и слон поднимает хобот.

На берегу

Мы на даче. Играем на берегу.

Вдруг моя старшая сестра Лёля кричит:

— Господа, Юля потонула!

Я смотрю по сторонам. Действительно, нигде нет моей младшей сестрёнки Юли.

Лёля кричит:

— Так и есть! Вот её шляпа плывёт по реке.

Что есть духу я бегу к нашей даче. Кричу:

— Мама! Юля утонула.

Мама бежит к реке так, что я еле поспеваю за ней.

Увидев, что Юлина шляпа плывёт по воде, мама падает в обморок.

В это время Лёля кричит:

— Нет, господа, Юля не потонула. Вот она плывёт на лодке. Она хочет догнать свою шляпу.

Действительно, видим, Юля стоит в лодке и, ворочая веслом, плывёт за своей шляпой. Но течение быстрое. И шляпа её далеко.

Я говорю:

— Мама, приди в себя, оказывается, Юля не потонула.

Увидев Юлю в лодке, мама кричит:

— Юля, плыви назад! Тебя унесёт на середину реки.

Лёля говорит:

— Она бы и рада плыть назад, но не может. Ей не справиться с веслом. Вон куда её унесло.

Тут мы видим, что Юлю отнесло далеко от берега.

И она испуганно кричит:

— Помогите!

Услышав её крик, мама снова падает в обморок.

Тут какой-то мужчина садится в другую лодку и плывёт к Юле.

Я говорю маме:

— Мама, не бойся. Юлю сейчас спасут.

Юлину лодку мужчина привязывает к своей лодке.

И вскоре Юля на берегу.

Плача и целуя Юлю, мама уносит её домой.

Коровы идут

Из рогатки я стреляю в птичку. Птичка улетает и садится на дерево, которое довольно далеко от нашего дома.

Из сада не велено уходить. Но раз такой исключительный момент, это допустимо.

И вот по дороге я бегу за птичкой.

Вдруг позади себя я слышу мычание.

Оглядываюсь. Боже мой, идёт стадо коров.

Отступление отрезано. Домой уже не добежать.

Коровы совсем близко. Заметавшись, я влезаю на дерево.

Теперь коровы под деревом.

Интересно отметить, что они не уходят.

Они, как нарочно, встали у дерева и щиплют траву. Делают вид, что не замечают меня.

Может быть, они рассчитывают на то, что я сейчас сойду, и тогда они забодают меня? Но я не так глуп, как они думают. Я не сойду с дерева, пока не уйдёт всё стадо.

Только бы не обломился сучок, на котором я сижу. Вот если обломится сучок, тогда дела мои плохи. Тогда я как раз упаду между двух этих коров. И они поднимут меня на рога.

Идёт пастух. Он хлопает бичом.

Это знакомый пастух Андрюшка. С ним можно договориться.

— Андрюшка, — кричу я, — гони этих коров, которые под деревом! Что они тут расположились и ещё кушают!

Андрюшка хлопает бичом. Коровы нехотя уходят. Теперь не страшно. Я даже нацеливаюсь из рогатки и пускаю камешек в уходящих коров.

Потом слезаю с дерева и виноватой походкой иду в сад.

Гроза

Со своей сестрой Лёлей я иду по полю и собираю цветы.

Я собираю жёлтые цветы. Лёля собирает голубые.

Позади нас плетётся младшая сестрёнка Юля. Она собирает белые цветы.

Это мы нарочно так собираем, чтоб было интересней собирать.

Вдруг Лёля говорит:

— Господа, глядите, какая туча.

Мы смотрим на небо. Тихо надвигается ужасная туча. Она такая чёрная, что всё темнеет вокруг. Она ползёт, как чудовище, обволакивая всё небо.

Лёля говорит:

— Скорей домой! Сейчас будет жуткая гроза.

Мы бежим домой. Но бежим навстречу туче. Прямо в пасть этому чудовищу.

Неожиданно налетает ветер. Он крутит всё вокруг нас.

Пыль поднимается. Летит сухая трава. И сгибаются кусты и деревья.

Что есть духу мы бежим домой.

Вот уже дождь крупными каплями падает на наши головы.

Ужасная молния и ещё более ужасный гром потрясают нас. Я падаю на землю и, вскочив, снова бегу. Бегу так, как будто за мной гонится тигр.

Вот уже близко дом.

Я оглядываюсь назад. Лёля тащит за руку Юлю. Юля ревёт.

Ещё сто шагов — и я на крыльце.

На крыльце Лёля меня бранит, зачем я потерял свой жёлтый букетик. Но я его не потерял, я его бросил.

Я говорю:

— Раз такая гроза, зачем нам букеты?

Прижавшись друг к другу, мы сидим на кровати.

Ужасный гром сотрясает нашу дачу.

Дождь барабанит по стёклам и крыше.

От потоков дождя ничего не видно.

Так просто

Мы сидим в телеге. Рыжеватая крестьянская лошадёнка бойко бежит по пыльной дороге.

Правит лошадёнкой хозяйский сынок Васютка. Он небрежно держит вожжи в руках и по временам покрикивает на лошадь:

— Ну-ну, иди... заснула...

Лошадёнка совсем не заснула, она бежит хорошо. Но вероятно, так полагается покрикивать.

У меня горят руки — так мне хочется подержать вожжи, поправить и покричать на лошадь. Но я не смею попросить об этом Васютку.

Вдруг Васютка сам говорит:

— Ну-ка, подержи вожжи. Я покурю.

Сестра Лёля говорит Васютке:

— Нет, не давай ему вожжи. Он не умеет править.

Васютка говорит:

— Что значит — не умеет? Тут нечего уметь.

И вот вожжи в моих руках. Я держу их на вытянутых руках.

Крепко держась за телегу, Лёля говорит:

— Ну, теперь будет история — он нас непременно опрокинет.

В этот момент телега подпрыгивает на кочке.

Лёля вскрикивает:

— Ну, ясно. Сейчас она нас перевернёт.

Я тоже подозреваю, что телега опрокинется, поскольку вожжи в моих неумелых руках. Но нет, подскочив на кочке, телега ровно катится дальше.

Гордясь своим успехом, я похлопываю лошадь вожжами по бокам и покрикиваю: «Ну, заснула!»

Вдруг я вижу — поворот дороги.

Торопливо я спрашиваю Васютку:

— За какую вожжу тянуть, чтоб лошадь побежала направо?

Васютка спокойно говорит:

— Потяни за правую.

— Сколько раз потянуть за правую? — спрашиваю я.

Васютка пожимает плечами:

— Один раз.

Я дёргаю за правую вожжу, и вдруг, как в сказке, лошадь бежит направо.

Но я почему-то огорчён, раздосадован. Так просто. Я думал, гораздо трудней править лошадью. Я думал, тут целая наука, которую нужно изучать годами. А тут такая чепуха.

Я передаю вожжи Васютке. Не особенно интересно.

Страшный мир

Горит дом. Пламя весело перебегает со стен на крышу.

Теперь горит крыша, обитая дранкой.

Пожарные качают воду. Один из них, схватив кишку, поливает дом. Вода тоненькой струйкой падает на огонь.

Нет, не затушить пожарному это пламя.

Мать держит меня за руку. Она боится, что я побегу к огню. Это опасно. Летят искры. Они осыпают толпу.

В толпе кто-то плачет. Это плачет толстый человек с бородой. Он плачет, как маленький. И трёт свои глаза рукой. Может быть, искра попала ему в глаз?

Я спрашиваю маму:

— Чего он плачет? В него попала искра?

Мать говорит:

— Нет, он плачет оттого, что горит его дом.

— Он построит себе новый дом, — говорю я. — Вот уж из-за этого я бы не стал плакать.

— Чтоб построить новый дом, нужны деньги, — говорит мать.

— Пусть он заработает.

— На эти деньги не построишь дом.

— А как же тогда строятся дома?

Мама тихо говорит:

— Не знаю, может быть, люди крадут деньги.

Что-то новое входит в мои понятия. Я с интересом гляжу на бородатого человека, который украл деньги, построил дом, и вот он теперь горит.

— Значит, надо красть деньги? — спрашиваю я мать.

— Нет, красть нельзя. За это сажают в тюрьму.

Тогда совсем непонятно.

Я спрашиваю:

— А как же тогда?

Но мать с досадой машет рукой, чтоб я замолчал.

Я молчу. Я вырасту большой и тогда сам узнаю, что делается в этом мире. Должно быть, взрослые в чём-нибудь тут запутались и теперь не хотят об этом рассказывать детям.

Я не виноват

Сидим за столом и кушаем блины.

Вдруг отец берёт мою тарелку и начинает кушать мои блины. Я реву.

Отец в очках. У него серьёзный вид.

Борода. Тем не менее он смеётся. Он говорит:

— Видите, какой он жадный. Ему для отца жаль одного блина.

Я говорю:

— Один блин, пожалуйста, кушай. Я думал, что ты всё скушаешь.

Приносят суп. Я говорю:

— Папа, хочешь мой суп?

Папа говорит:

— Нет, я подожду, когда принесут сладкое. Вот если ты мне сладкое уступишь, тогда ты действительно добрый мальчик.

Думая, что на сладкое клюквенный кисель с молоком, я говорю:

— Пожалуйста. Можешь кушать моё сладкое.

Вдруг приносят крем, к которому я неравнодушен. Пододвинув к отцу моё блюдце с кремом, я говорю:

— Пожалуйста, кушай, если ты такой жадный.

Отец хмурится и уходит из-за стола.

Мать говорит:

— Пойди к отцу, попроси прощения.

Я говорю:

— Не пойду. Я не виноват.

Я выхожу из-за стола, не дотронувшись до сладкого. Вечером, когда я лежу в кровати, подходит отец. У него в руках моё блюдце с кремом. Отец говорит:

— Ну, что ж ты не съел свой крем?

Я говорю:

— Папа, давай съедим пополам. Что нам из-за этого ссориться?

Отец целует меня и с ложечки кормит кремом.

В воде

Мальчишки плавают и ныряют. Я копаюсь на берегу. Мне кричат:

— Ну, давай. Смелей иди. Научим плавать.

Я медленно иду по воде. Холодно. Мурашки ползут по моей коже.

— Сразу окунайся, балда, семь раз! — кричат мальчишки.

Я окунаюсь до плеч. Мальчишки кричат:

— С головой окунайся, недотёпа.

Нет, с головой я не решаюсь окунуться.

Вода попадёт в глаза и в уши. Это неприятно.

— Давай сюда! Не трусь! — кричат мальчишки.

Хоть там глубоко, но я иду вперёд. Я не хочу быть трусом.

Я иду вперёд и вдруг проваливаюсь в яму. Зелёная вода покрывает меня с головой. Неужели я потонул?

Но нет. Я выплываю наверх. И, барахтаясь, как собачонка, плыву.

Браво. Кажется, я сам научился плавать.

Вдруг кто-то или что-то хватает меня за ногу. Я вскрикиваю и сразу иду на дно.

Вот теперь я окончательно потонул. Я закрываю глаза.

Мальчишки выволакивают меня наверх. Один из них говорит:

— Зря так скоро мы его вытащили. Пущай бы подольше полежал. Откачали бы.

Я лежу на берегу и выплёвываю воду. Вокруг меня беснуются мальчишки. Им досадно, что я мало наглотался воды.

Закрывайте двери

Вечер. Мы пьём молоко. И ложимся спать.

Я подхожу к окну. За окном темно. Так темно, что даже не видно клумбу с цветами.

Я всматриваюсь в окно.

В комнате веселятся мои сёстры. Они хохочут и бросаются подушками. Одна из подушек летит в меня. Я сердито отбрасываю её в сторону. Совершенно неподходящее время для таких шуток.

Желая мне досадить, Лёля говорит:

— Сегодня непременно придут воры. Так и знай.

Положим, если закрыть двери, они не придут.

Я кричу взрослым, которые сидят на балконе:

— Не забудьте закрыть двери!

Мама появляется в дверях.

— Что случилось? — спрашивает она.

— Нет, ничего не случилось, — говорю я, — но Лёля думает, что сегодня придут воры.

Мама целует нас и, улыбаясь, уходит.

Я лежу, закрывшись с головой одеялом.

В доме уже тихо. Все спят. Но мне не спится.

Двери, конечно, закрыты. Я сам слышал, как щёлкнул крючок, но закрыты ли окна?

Я встаю с постели. Подхожу к окну. Пробую крючок. Закрыто. Может быть, в той комнате забыли закрыть окно?

Осторожно ступая, я иду в соседнюю комнату. Ощупью нахожу крючок на окне. Вдруг что-то со звоном и треском падает на пол.

Я слышу испуганный голос мамы:

— Что! Кто там?.. Воры!

— Где, где воры? — кричу я матери.

В доме переполох. Все прибегают. Зажигают лампу.

На полу лежит разбитая банка с цветами.

Мать успокаивает меня.

И я снова ложусь в постель, закрываюсь с головой одеялом.

У бабушки

Мы в гостях у бабушки. Сидим за столом. Подают обед.

Наша бабушка сидит рядом с дедушкой. Дедушка толстый, грузный. Он похож на льва. А бабушка похожа на львицу.

Лев и львица сидят за столом.

Я не отрываясь смотрю на бабушку. Это мамина мама. У неё седые волосы. И тёмное, удивительно красивое лицо. Мама сказала, что в молодости она была необыкновенная красавица.

Приносят миску с супом.

Это неинтересно. Это я вряд ли буду кушать.

Но вот приносят пирожки. Это ещё ничего.

Сам дедушка разливает суп.

Подавая свою тарелку, я говорю дедушке:

— Мне только одну капельку.

Дедушка держит разливательную ложку над моей тарелкой. Одну каплю супа он капает в мою тарелку.

Я смущённо смотрю на эту каплю.

Все смеются.

Дедушка говорит:

— Он сам попросил одну каплю. Вот я и выполнил его просьбу.

Я не хотел супа, но почему-то мне обидно. Я почти плачу.

Бабушка говорит:

— Дедушка пошутил. Дай твою тарелку, я налью.

Я не даю свою тарелку и не дотрагиваюсь до пирожков.

Дедушка говорит моей маме:

— Это плохой ребёнок. Он не понимает шуток.

Мама говорит мне:

— Ну, улыбнись же дедушке. Ответь ему что-нибудь.

Я сердито смотрю на дедушку. Тихо говорю ему:

— Я больше к вам никогда не приеду...

Я пришёл к бабушке в гости, только когда дедушка умер. Это был неродной дедушка. И я не жалел, что он умер.

У калитки

Я стою в саду у калитки. Пристально смотрю на дорогу, которая ведёт к пристани.

Мама уехала в город. И вот с утра её нет. А мы уже пообедали. И скоро вечер. Ах, боже мой, где же она?

Я снова всматриваюсь в даль. Нет! Идут какие-то люди, а её нет. Наверное, что- нибудь с ней случилось.

Но что могло с ней случиться? Ведь она же не маленький ребёнок. Взрослый человек. Ей тридцать лет. Ну и что из того? И со взрослыми случаются всякие ужасы. Взрослых тоже на каждом шагу подстерегают опасности.

Может быть, мама ехала на извозчике. Понесла лошадь. Правда, у извозчиков лошади тихие. Еле плетутся. Сомнительно, что такие лошади могут понести. А если и понесут, то всегда можно выскочить из пролётки.

Но вот если мама поехала на пароходе, то с парохода не выскочишь, если он тонет. Конечно, имеются круги. Можно схватить такой круг и спастись. Зато такие круги ни к чему, если пожар, если, например, загорелась наша городская квартира. Хотя, впрочем, дом у нас каменный и вряд ли он может вспыхнуть, как спичка.

Скорей всего мама зашла в кафе, там что-нибудь скушала и заболела. И вот теперь ей доктор делает операцию.

Ах, нет! Вот идёт наша мама!

С криком я бегу к ней навстречу. Мама в огромной шляпе. На плечах у неё белое боа из перьев. И бант на поясе. Мне не нравится, что мама так одевается. Вот уж ни за какие блага в мире я не надел бы эти перья. Я вырасту большой и попрошу маму, чтоб она так не одевалась. А то мне неловко с ней идти — все оборачиваются.

— Ты, кажется, не рад, что я приехала? — спрашивает мама.

— Нет, я рад, — равнодушно говорю я.

Это недоразумение

Рядом со мной за партой сидит гимназист Костя Палицын.

Перочинным ножом он вырезает на парте какую-то букву. Я смотрю, как ловко и незаметно для учителя он режет ножом.

Я так углубился в это дело, что не слышу, как вызывают меня.

Кто-то толкает меня под бок. И тогда я встаю и растерянно смотрю на классного наставника, который преподаёт русский и арифметику в нашем приготовительном классе.

Оказывается, учитель почему-то хочет, чтоб я прочитал ему стихотворение «Весело сияет месяц над селом».

Первую строчку я бойко произношу, так как я её только что услышал от учителя. Но что дальше, я не знаю. Я просто не знаю этого стихотворения и даже в первый раз слышу о нём.

Со всех сторон мне подсказывают: «Белый снег сверкает».

Запинаясь, я произношу, что подсказывают.

Посматривая на меня, учитель улыбается.

Ученики наперерыв подсказывают мне. Они шепчут со всех сторон. От этого даже не разобрать, что они шепчут — «Крест под облаками, как свеча, горит...»

— Треск под сапогами, — бормочу я.

В классе хохот. Учитель тоже смеётся. И ставит в мой дневник единицу.

Это неприятно. Я всего пять дней в гимназии. И вдруг сразу единица.

Я говорю Косте Палицыну:

— Если будут ставить единицы за всё, что я ещё не знаю, то я много нахватаю единиц.

— Это стихотворение было задано, — говорит Костя. — Его надо было выучить.

Ах, оно было задано? Я не знал. В таком случае это недоразумение.

Мне становится легко на душе, что это недоразумение.

Снова неприятности

На мне серое гимназическое пальто с серебряными пуговицами. За спиной ранец.

В карман моего пальто мама суёт записку с адресом гимназии.

— Мама, — говорю я, — ты не беспокойся. Я так хорошо знаю дорогу, что могу

с закрытыми глазами дойти до гимназии.

Мама говорит:

— Только ты и в самом деле не вздумай идти с закрытыми глазами. С тебя хватит.

Я выхожу на улицу.

Нет, конечно, с закрытыми глазами я не пойду. Это опасно. На улицах конки, извозчики. Но от угла Большого до гимназии я непременно пойду с закрытыми глазами. Всего двести десять шагов. Это сущие пустяки.

Дойдя до Большого проспекта, я закрываю глаза и, как слепой, иду, тычась в людей и задевая стены и тумбы. При этом мысленно считаю шаги... Двести... Двести десять...

Произнеся вслух «Двести десять», я с силой наталкиваюсь на какого-то человека. Открываю глаза. Стою как раз у дверей гимназии. А человек, которого я толкнул, — это наш учитель и классный наставник.

— Ах, извините, — говорю я. — Я вас не заметил.

— Надо замечать, — сердито говорит учитель. — Для этого у тебя есть глаза.

— Они были закрыты, — говорю я.

— Зачем же ты глаза закрываешь, глупый мальчишка? — говорит учитель.

Я молчу. Во-первых, это долго объяснять, во-вторых, он, пожалуй, не поймёт, почему я закрыл глаза.

— Ну? — спрашивает учитель.

— Просто так закрыл. От ветра...

Учитель хмуро смотрит на меня и сердито говорит:

— Ну, что ж ты стоишь как пень? Иди...

Я стою оттого, что я вежливый человек.

Я хочу пропустить его вперёд.

Мы одновременно шагаем к двери и в дверях снова сталкиваемся.

Ещё более сердито учитель смотрит на меня.

Пуд железа

Я занят разборкой моего пенала. Перебираю карандаши и перья. Любуюсь моим маленьким перочинным ножом.

Учитель вызывает меня. Он говорит:

— Ответь, только быстро: что тяжелей — пуд пуха или пуд железа?

Не видя в этом подвоха, я, не подумав, отвечаю:

— Пуд железа.

Кругом хохот.

Учитель говорит:

— Скажи своей маме, чтоб она завтра зашла ко мне. Я хочу с ней поговорить.

На другой день мама идёт к учителю и грустная возвращается домой. Она говорит:

— Учитель недоволен тобой. Он говорит, что ты рассеянный, ничего не слушаешь, не понимаешь и сидишь за партой, как будто тебя не касается, что происходит в классе.

— А что он ещё сказал?

Лицо у мамы делается совсем грустным.

Прижав меня к себе, она говорит:

— Я тебя считала умным и развитым мальчиком, а он говорит, что у тебя ещё недостаточное умственное развитие.

— Это он глупости говорит! — сердито кричу я. — По-моему, у него недостаточное умственное развитие. Он задаёт ученикам глупые вопросы. А на глупые вопросы трудней ответить, чем на умные.

Целуя меня, мама плачет.

— Ах, тебе будет трудно жить на свете! — говорит она.

— Почему?

— Ты трудный ребёнок. Ты похож на отца. Я не верю, что ты будешь счастливый.

Мама снова целует и обнимает меня, но я вырываюсь. Я не люблю это лизанье и слёзы.

Нельзя кричать

На улицах беспорядки. Побили городового на углу. Жандармы скачут на лошадях. Что- то происходит необычайное.

В нашей гимназии тоже творится что-то странное. Старшие ученики собираются в группы и о чём-то тихо беседуют. И малыши шалят больше обыкновенного.

Перемена. Мы бегаем по залу. Второклассники бегают с криком: «Бунтуйся». Я тоже присоединяюсь к ним и, размахивая рукой, кричу: «Бунтуйся».

Кто-то хватает меня за руку. Это классный наставник.

Он трясёт меня за плечи и говорит:

— Повтори, что ты сказал.

— Я сказал «бунтуйся», — бормочу я.

Лицо у учителя делается каменным. Он говорит:

— Встань к стене под часами и стой до конца перемены. А завтра пусть мама зайдёт ко мне.

Я стою под часами. Новое дело. Что случилось? Почему это нельзя кричать? Все кричали. А он, как коршун, налетел на меня и схватил за плечи.

На другой день мама возвращается от учителя встревоженной. Она идёт к отцу и с ним долго беседует.

Потом родители зовут меня в свою комнату.

Отец лежит на кровати в брюках и в пиджаке. Вид у него скучный, хмурый. Он говорит мне:

— Наверное, ты не знал, что означает это слово?

Я говорю:

— Нет, я знал. Оно от слова «бунт». Но я не знал, что его нельзя кричать.

Отец улыбается. Говорит матери:

— Пойди к учителю и скажи ему, что наш сын дурачок, недостаточно развитой... А то его посадят в тюрьму.

Услышав про тюрьму, я начинаю плакать.

Мама говорит:

— Раньше я об этом спорила с учителем. Но теперь я пойду скажу ему, что он прав.

Папа смеётся.

— Вот видите, — говорит он, — это плохое мнение пригодилось.

Папа отворачивается к стене и больше не хочет разговаривать.

Мы с мамой выходим из комнаты.

Муза

Я в гостях. Сижу на диване. Девочка по имени Муза показывает мне свои книги.

Показывая книги, она вдруг спрашивает меня:

— Вы хотите быть моим женихом?

— Да, — тихо отвечаю я. — Только я меньше вас ростом. Не знаю, могут ли быть такие женихи.

Мы подходим к трюмо, чтоб увидеть разницу в нашем росте.

Мы ровесники. Нам по одиннадцати лет и три месяца. Но Муза выше меня почти на полголовы.

— Это ничего, — говорит она. — Бывают женихи совершенно маленького роста и даже горбатые. Главное, чтобы они были сильные. Давайте поборемся. И я уверена, что вы сильней меня.

Мы начинаем бороться. Муза сильней меня. С ловкостью кошки я ускользаю от поражения. И мы снова боремся. Падаем на ковёр. И некоторое время лежим, ошеломлённые чем-то непонятным.

Потом Муза говорит:

— Да, я сильнее вас. Но это ничего. Среди женихов бывают слабенькие и даже больные. Главное, чтоб они были умные. Сколько у вас пятёрок в первой четверти?

Боже мой, какой неудачный вопрос! Если мерить ум на отметки, тогда дела мои совсем плохи. Три двойки. Остальные тройки.

— Ну, ничего, — говорит Муза. — Вы в дальнейшем поумнеете. Наверно, бывают такие женихи, у которых по четыре двойки и больше.

— Не знаю, — говорю я, — вряд ли.

Взявшись под руку, мы ходим по гостиной. Взрослые зовут нас в столовую чай пить.

Обняв меня за шею, Муза целует меня в щёку.

— Зачем вы это сделали? — говорю я, ужасаясь её поступку.

— Поцелуи скрепляют договор, — говорит она. — Теперь мы жених и невеста.

Мы идём в столовую.

Учитель истории

Учитель истории вызывает меня не так, как обычно. Он произносит мою фамилию неприятным тоном. Он нарочно пищит и визжит, произнося мою фамилию. И тогда все ученики тоже начинают пищать и визжать, передразнивая учителя.

Мне неприятно, когда меня так вызывают.

Но я не знаю, что надо сделать, чтоб этого не было.

Я стою за партой и отвечаю урок. Я отвечаю довольно прилично. Но в уроке есть слово «банкет».

— А что такое банкет? — спрашивает меня учитель.

Я отлично знаю, что такое банкет. Это обед, еда, торжественная встреча за столом, в ресторане. Но я не знаю, можно ли дать такое объяснение по отношению к великим историческим людям. Не слишком ли это мелкое объяснение в плане исторических событий?

Я молчу.

— А-а? — спрашивает учитель, привизгивая. И в этом «а-а» я слышу насмешку и пренебрежение ко мне.

И, услышав это «а-а», ученики тоже начинают визжать.

Учитель истории машет на меня рукой. И ставит мне двойку.

По окончании урока я бегу за учителем. Я догоняю его на лестнице. От волнения я не могу произнести слово. Меня бьёт лихорадка.

Увидев меня в таком виде, учитель говорит:

— В конце четверти я вас ещё спрошу. Натянем тройку.

— Я не об этом, — говорю. — Если вы меня ещё раз так вызовете, то я... я...

— Что? Что такое? — говорит учитель.

— Плюну в вас, — бормочу я.

— Что ты сказал? — грозно кричит учитель. И, схватив меня за руку, тянет наверх, в директорскую. Но вдруг отпускает меня. Говорит: — Идите в класс.

Я иду в класс и жду, что сейчас придёт директор и выгонит меня из гимназии. Но директор не приходит.

Через несколько дней учитель истории вызывает меня к доске.

Он тихо произносит мою фамилию. И когда ученики начинают по привычке визжать, учитель ударяет кулаком по столу и кричит им:

— Молчать!

В классе водворяется полная тишина. Я бормочу задание, но думаю о другом. Я думаю об этом учителе, который не пожаловался директору и вызвал меня не так, как раньше. Я смотрю на него, и на моих глазах появляются слёзы.

Учитель говорит:

— Не волнуйтесь. На тройку вы во всяком случае знаете.

Он подумал, что у меня слёзы на глазах оттого, что я неважно знаю урок.

Любимое занятие

Одна учительница сказала ученикам:

— Дети, расскажите мне, какое у вас любимое занятие дома.

И все ученики по очереди стали рассказывать. Одни говорили, что их любимое занятие — фотография. Другие говорили о марках. Третьи — о шахматах и шашках. А когда очередь дошла до Павлика Н., он замялся и ничего не ответил. А потом пробормотал:

— Мне неудобно ответить на ваш вопрос. В классе будут смеяться.

Учительница сказала:

— Тогда подойди ко мне и скажи тихо.

Павлик подошёл к учительнице и тихо сказал:

— Я люблю шить.

Учительница громко сказала:

— Ребята, Павлик любит шить. Это очень хорошо и похвально. И я не думаю, что в классе кто-нибудь засмеётся.

Один из учеников, засмеявшись, сказал:

— Но это девчоночье дело — шить.

Учительница сказала:

— Вовсе нет. Вы забыли, что есть портные. И среди них есть знаменитые и прославленные мастера. Это великолепная профессия. И все мужчины должны хотя бы немного уметь шить. В военных походах и путешествиях это может пригодиться.

Тогда встал один ученик и, вздохнув, сказал:

— Я сказал неправду, что моё любимое занятие — шашки. Я их ненавижу. Я тоже шить люблю.

Тут встал ещё один ученик, Федя С., и тихо прошептал:

— Я тоже сказал неправду про марки. Я люблю убирать комнату. Люблю подметать и вытирать пыль.

В классе все засмеялись. И кто-то крикнул:

— Он будет дворником!

Учительница сказала:

— Ничего смешного в работе дворника нет. Мы любим и уважаем всякий труд, и труд дворника мы высоко оцениваем. Это исключительно полезный труд. А то, что Федя любит чистоту и порядок, не означает, что он будет дворником. Он аккуратен и любит чистоту, — значит, он любит культуру. И значит, он, скорее всего, будет учёным. А вот кто любит какое-нибудь занятие, но занимается в грязи, тот не добьётся хороших результатов.

Хлорофилл

Только два предмета мне интересны — зоология и ботаника. Остальные нет.

Впрочем, история мне тоже интересна, но только не по той книге, по которой мы проходим.

Я очень огорчаюсь, что плохо учусь. Но не знаю, что нужно сделать, чтобы этого не было.

Даже по ботанике у меня тройка. А уж этот предмет я отлично знаю. Прочитал много книг и даже сделал гербарий — альбом, в котором наклеены листочки, цветы и травы.

Учитель ботаники что-то рассказывает в классе. Потом говорит:

— А почему листья зелёные? Кто знает?

В классе молчание.

— Я поставлю пятёрку тому, кто знает, — говорит учитель.

Я знаю, почему листья зелёные, но молчу. Я не хочу быть выскочкой. Пусть отвечают первые ученики. Кроме того, я не нуждаюсь в пятёрке. Что она одна будет торчать среди моих двоек и троек? Это комично.

Учитель вызывает первого ученика. Но тот не знает.

Тогда я небрежно поднимаю руку.

— Ах, вот как, — говорит учитель, — вы знаете. Ну, скажите.

— Листья зелёные, — говорю я, — оттого что в них имеется красящее вещество хлорофилл.

Учитель говорит:

— Прежде чем вам поставить пятёрку, я должен узнать, почему вы не подняли руку сразу.

Я молчу. На это очень трудно ответить.

— Может быть, вы не сразу вспомнили? — спрашивает учитель.

— Нет, я сразу вспомнил.

— Может быть, вы хотели быть выше первых учеников?

Я молчу. Укоризненно качая головой, учитель ставит пятёрку.

Первый урок

У меня — ученик. Это писарь Главного штаба. Я готовлю его к экзаменам.

Через два месяца он будет держать экзамен на первый классный чин.

У нас условие: если он выдержит экзамен, я получаю за это его велосипед.

Это великолепное условие. И я по три часа в день и больше сижу с этим обалдуем, который не очень-то смыслит в науках.

Все свои знания я стараюсь переложить в его туманные мозги. Я заставляю его писать, думать, считать. Я заканчиваю урок, только когда он начинает вякать, что у него болит голова.

И вот он прилично выдержал экзамен. И пришёл ко мне сияющий.

Он с удивлением смотрел на меня, говоря, что он не ожидал, что так получится.

Мы с ним пошли на его квартиру.

И вот торжественный момент. Он выкатывает в коридор свой велосипед.

У меня помутилось в глазах, когда я увидел его машину. Она была ржавая, разбитая, с помятым рулём и без шин.

Слёзы показались на моих глазах, но мне было совестно сказать, что я не согласен получить такую машину.

Давясь от смеха, писарь сказал:

— Ничего. Смажете керосинцем. Протрёте. Купите шины. И будет приличная машина.

С превеликим трудом я докатил эту ржавчину до ремонтной мастерской. Махнув рукой, мастер сказал:

— Да что вы, в своём уме! Разве можно её чинить!

За рубль я продал эту машину тряпичнику. И то он не хотел давать рубля. Он давал восемьдесят пять копеек. Но потом смягчился, увидев, что на ржавом руле есть звонок.

Даже теперь, когда прошло тридцать лет, я с отвращением вспоминаю этого писаря, его утиный нос, его жёлтые зубы и сплюснутый череп, в который я втиснул некоторые знания.

Этот мой первый урок дал и мне некоторые знания о жизни.

Замечание

Я был на ёлке у знакомых. У моего товарища. Его родители очень богатые люди.

Все гости получили подарки, сюрпризы и всякие безделушки. Лично я получил две книги Майн Рида и полубеговые коньки. Кроме того, сестра моего товарища Маргарита подарила мне альбом для марок, крошечный перламутровый ножик и золотое сердечко на цепочке для ношения на часах.

Поздно вечером гости стали расходиться.

Меня пошла провожать Маргарита со своей горничной.

И вот я иду с Маргаритой впереди, а горничная Аннушка идёт сзади.

Мы весело болтаем и незаметно доходим до моего дома.

Прощаясь, Маргарита просит, чтоб завтра я её встретил, когда она будет возвращаться из гимназии.

Я прощаюсь с Маргаритой и пожимаю её руку. Потом прощаюсь с Аннушкой. Я тоже пожимаю её руку.

Но когда я прощался с Аннушкой, Маргарита вспыхнула и пожала плечами.

На другой день я встречаю Маргариту. Она говорит:

— Вы, наверно, бывали только в демократических домах, где принято за руку прощаться с прислугой. У нас это не принято. Это шокинг.

Я никогда не задумывался об этих вещах.

И теперь покраснел, смутился. И сразу не нашёлся, что ответить. Потом сказал:

— Я не вижу ничего дурного в том, что попрощался с Аннушкой.

Маргарита сказала:

— Ещё не хватало того, чтобы вы сначала попрощались с ней, потом со мной. Вы из дворянского дома и так поступаете.

Две улицы мы шли молча. Не разговаривали. Потом мне стало не по себе. Я снял свою гимназическую фуражку и попрощался с Маргаритой...

Она сказала мне, когда я уходил:

— Вы не должны сердиться на меня. Я старше вас на год. И я из хороших чувств к вам сделала замечание.

Храбрые дети

Русские люди очень храбрые. Это всем известно. И взрослые храбрые, и многие дети тоже почти ничего не боятся.

Это очень приятно знать, что у нас такие храбрые дети.

Не знаю, конечно, как насчёт самых маленьких, которым по пять или там по шесть лет. Насчёт таких малышей я вам ничего не могу ответить. Вы уж сами разбирайтесь в этом вопросе — храбрые вы или нет. Скорей всего, я так думаю, вы тоже не из пугливого десятка.

А что касается детей, которым исполнилось по десять или двенадцать лет, то это уже определённо храбрые ребята.

Это видно хотя бы по одной истории, которую я хочу вам рассказать.

Эта история произошла в самом начале войны, когда фашисты напали на нашу страну. Они напали на нашу страну, как разбойники и как дикие звери. Их самолёты стали бросать бомбы на наши деревни и города. Они этим хотели напугать нас. Но нас не так-то легко напугать, поскольку среди нас очень много храбрых людей.

И вот в самом начале войны летит, представьте себе, по небу фашистский самолёт.

Наши пушки стали стрелять. И подбили этот самолёт. Он загорелся в воздухе и стал падать.

Не знаю, сколько было фашистов на этом самолёте. Известно только, что один лётчик успел выброситься из горящей машины.

Он выбросился с парашютом и плавно спустился на одно поле.

А на этом поле работали ребята одной здешней школы. И самому старшему из них было тринадцать лет. Он присматривал за ребятами, чтоб они правильно работали и не убегали.

А работа у них была интересная: они выкапывали картошку и накладывали её в мешки. Они это делали потому, что многие взрослые были на войне и некому было убирать картошку.

И вот работают они и вдруг видят такое происшествие — фашистский лётчик спустился на их поле.

Он спустился около самого леса, выхватил револьвер из кармана и хотел стрелять. Но, увидев, что это ребята, не стал стрелять. Спрятал свой револьвер и, наверно, подумал: «Такая мелочь, как эти дети, мне совершенно не опасна». И сам вытащил из сумки карту и стал глядеть на эту карту, чтоб узнать, где он находится и в какую сторону ему бежать.

Старший из ребят, Петюшка Соловьёв, сказал ребятам:

— Нельзя допустить, чтоб этот немецкий лётчик убежал. Давайте возьмём его в плен.

Тут некоторые даже засмеялись. Говорят:

— Как же мы его в плен возьмём? Это взрослый мужчина с револьвером. А мы — маленькие, неопытные, в плен никогда никого не брали. И даже среди нас находятся такие малыши, как Санька и Васютка, которым всего по восемь лет.

Петюшка говорит:

— Зато нас сорок пять человек. Давайте подойдём к нему ближе. А когда я свист ну — все в одно мгновение бросайтесь на него. Одни хватайте его за руки, другие — за ноги. Третьи — держите за волосы. Четвёртые — за штаны. И тогда как-нибудь мы его одолеем.

И вот ребята подошли поближе к фашисту и стали на него смотреть, будто интересуются им. А тот и внимания на них не обращает, дескать, безобидные детишки, мелочь, не боюсь их.

Тут Петюшка свистнул в свои пальцы, и все ребята в один момент бросились на фашиста. И они бросились с такой быстротой и с такой силой, что фашист от неожиданности упал в траву. Он упал в траву и стал бороться и кусаться и хотел вырваться, но ребята не выпускали его. Он отбрасывал некоторых ребят в сторону, но те снова наседали на него. И наконец вцепились в него со всех сторон, и так крепко, что фашист уже не мог двинуться.

Особенно помогли делу трое ребят, которые держали фашиста за волосы. Они так держали его, что фашист прямо взмолился. Он закричал:

— Дети, прекратите ваши шалости. Отпустите меня, иначе я вашему учителю пожалуюсь. А главное — не дёргайте меня за волосы, мне же больно.

И тогда все дети засмеялись. А Петюшка сказал:

— Нет, это не шалости. Мы вас взяли в плен. Сейчас свяжем вас и поведём в деревню. А что касается волос, то пока, будьте добры, потерпите. Это уж не такая сильная боль, чтоб кричать на всё поле.

Тут Петюшка взял верёвку, которая лежала у них на мешках, и стал связывать фашиста. Сначала он связал ему руки. Потом на голову надел ему мешок и тоже завязал его вокруг шеи.

Наконец связал ноги. Причём так связал, как связывают ноги лошади, чтоб она не убежала, но чтоб могла тихонько идти.

После этого Петюшка велел фашисту встать. И в таком виде они повели его в деревню.

Но тут выяснилось, что не все ребята могут идти в деревню. Некоторые из них пострадали довольно сильно. У одного была сломана нога. У другого вывихнута рука. У третьего подбит глаз.

Всего пострадало семь человек. Но зато фашист был взят в плен.

И вот ребята привели этого фашиста в деревню. А через деревню в это время проезжала военная машина. И в этой машине находился один полковник.

Этот полковник очень смеялся, когда узнал, как ребята захватили фашиста. Он всех ребят поблагодарил и повёз фашиста в штаб.

А перед этим он взял в свою машину всех пострадавших ребят и отвёз их в госпиталь. И там им всем оказали медицинскую помощь. И вскоре они все поправились и вернулись в свою школу.

А через месяц ребята получили письмо с благодарностью от военного командования.

Недавно я видел это письмо. В очень красивых выражениях военное командование Красной Армии благодарило ребят за их храброе и мужественное поведение.

И все ребята были очень рады и довольны, что они получили такое письмо.

Бедный Федя

В одном детском доме находился мальчик по имени Федя.

Это был очень грустный и скучный мальчик. Он никогда не смеялся. Не шалил. И даже не играл с ребятами. Он тихонько сидел на скамейке и о чём-то думал.

И дети к нему не подходили, потому что им было неинтересно играть с таким скучным мальчиком.

И вот однажды воспитательница дала Феде книжку и сказала:

— Прочитайте вслух несколько строчек из этой книги. Я хочу узнать, хорошо ли вы читаете. Чтобы знать, в какой класс вас зачислить.

Федя покраснел и сказал:

— Я не умею читать.

И тогда все дети удивлённо на него посмотрели. А некоторые даже рассмеялись. Потому что мальчику десятый год, а он читать не умеет. Это смешно и странно.

Учительница спросила Федю:

— Неужели же вы совершенно читать не умеете? Может быть, даже не знаете букв?

И, показав на букву «А», она спросила:

— Какая это буква?

Федя снова покраснел, потом побледнел и говорит:

— Я не знаю, какая это буква.

И тогда все дети громко рассмеялись. А учительница спросила:

— Как же так случилось, что вы до сих пор букв не знаете?

Федя сказал:

— Когда мне было пять лет, фашисты угнали нас в Германию. Меня и мою маму. И там мы работали на заводе. И там фашисты не учили нас читать.

Тут все дети перестали смеяться. А учительница спросила Федю:

— А где же теперь ваша мама?

Печально вздохнув, Федя сказал:

— Она умерла в Германии. Она была очень больна. И она лежала с высокой температурой. Но фашисты подняли её штыками и заставили её работать. И вот почему она умерла.

Учительница сказала Феде:

— Бедный мальчик. Ты не смущайся, что ты не умеешь читать. Мы тебя научим. И мы тебя будем любить, как родного.

И, обратившись к ребятам, она им сказала:

— Ребята, примите Федю поиграть в свои игры.

Но Федя отказался играть. И он по-прежнему сидел на скамейке скучный и бледный.

И вот в один прекрасный день учительница взяла его за руку и повела к докторше. И сказала ей:

— Будьте добры, дайте этому мальчику какие-нибудь порошки для того, чтобы он был весёлый и здоровый. И чтоб он играл с ребятами, а не сидел бы молча на своей скамейке.

Докторша сказала:

— Нет, таких порошков у нас не имеется. Но есть одно средство для того, чтобы он был здоровый и весёлый и чтоб играл с ребятами. Это нужно, чтобы он засмеялся или хотя бы улыбнулся. И если это произойдёт, вот тогда он и будет здоровый.

И вот все дети, узнав об этом, стали развлекать и смешить Федю. Они нарочно падали перед ним, чтоб он рассмеялся. Нарочно мяукали. Прыгали. И ходили на руках. Но Федя не смеялся.

Правда, он смотрел на всё это, но улыбка не появлялась на его лице.

И тогда дети стали придумывать исключительные номера, чтоб рассмешить Федю. Например, один парнишка взял палку и этой палкой нарочно ударил себя по затылку. И он так звонко себя ударил, что все ребята рассмеялись. Потому что это было неожиданно и комично, что такой звон пошёл.

Все ребята засмеялись. И только Федя не засмеялся. И этот мальчик, который сам себя ударил, он тоже не засмеялся. Он так больно себя хлопнул, что ему было не до смеха. Он прямо чуть не заплакал. И, потирая свой затылок, убежал.

И после этого неудачного номера ребята вот что придумали.

Они смяли кусок газеты и сделали небольшой бумажный шарик, вроде мяча. И привязали этот шарик кошке за лапку. За длинную нитку.

Кошка побежала и вдруг видит — бумажный шарик бежит за ней. Конечно, кошка бросилась к этому шарику, чтоб схватить его, но шарик, который был на нитке, ускользнул от неё. Кошка прямо с ума сходила, чтоб поймать этот шарик. Она подпрыгивала, бегала, скакала, но шарика так и не могла схватить.

Правда, учительница запретила этот номер. Она сказала, что не следует так волновать животное. И тогда дети стали ловить кошку, чтоб отвязать от неё этот бумажный шарик. Но кошка решила сама отделаться от него. Она влезла на дерево, чтоб наконец не видеть его. Но, к её удивлению, бумажный шарик тоже полез за ней на дерево.

Это было очень комично. И все дети так смеялись, что некоторые даже попадали на траву.

Но Федя и тут не засмеялся. И даже не улыбнулся. И тогда дети подумали, что он никогда не будет здоровый, раз он не умеет смеяться.

И воспитательница то же самое подумала.

Но вот однажды в детдом пришла одна молодая женщина. Некто Анна Васильевна Светлова. Это была мамаша одного мальчика — Гриши Светлова. Она пришла за своим сыном Гришей, чтоб взять его домой на воскресенье.

Она пришла такая весёлая. И сыночек её тоже очень развеселился, когда её увидел. Он забегал и запрыгал вокруг неё. И с удовольствием стал одеваться, чтоб идти домой.

И они уже хотели уйти. Но тут Анна Васильевна увидела Федю, который сидел на скамейке и очень грустно на них смотрел. И он так задумчиво смотрел, что Анна Васильевна невольно подошла к нему и сказала:

— А разве ты, мальчик, не идёшь сегодня домой?

Федя тихо сказал:

— Нет, у меня нету дома.

Гриша Светлов сказал своей матери:

— У него нету дома и нету мамы благодаря фашистам.

И тогда Анна Васильевна сказала Феде:

— Если хочешь, мальчик, пойдём с нами.

Гриша закричал:

— Конечно, пойдём с нами. У нас дома весело, интересно. Будем играть.

И тут вдруг все увидели, что Федя улыбнулся. Он чуть-чуть улыбнулся, но все это заметили, захлопали в ладоши и сказали:

— Браво. Он улыбнулся. Он теперь будет здоровый.

И тогда Гришина мама, Анна Васильевна, поцеловала Федю и сказала ему:

— С этих пор ты каждое воскресенье будешь ходить к нам. И если ты захочешь, я буду твоей мамой.

И тут все увидели, что Федя второй раз улыбнулся и тихо сказал:

— Да, хочу.

И тогда Анна Васильевна взяла его за руку, а другой рукой взяла за руку сына. И они втроём вышли из детдома.

И с тех пор Федя каждое воскресенье ходил к ним. Он очень подружился с Гришей. И очень переменился к лучшему. Он стал весёлый и довольный. И часто шутил и смеялся.

И однажды докторша, увидев его таким, сказала:

— Он поправился, потому что он стал смеяться. Смех приносит людям здоровье.

Похожие статьи:

Зощенко «Самое главное»

Зощенко «Ёлка»

Зощенко «Хлорофилл»

Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!